Некоторые особенности заключения договора уступки прав требования с английским юридическим лицом

Опубликовано: 04.09.2018

видео Некоторые особенности заключения договора уступки прав требования с английским юридическим лицом

Documental "PINOCHET" // Documentary "Pinochet" //"Пиночет" Документальные

Некоторые особенности заключения договора уступки прав требования с английским юридическим лицом

В последнее время заключением многосторонних сделок, сторонами которых являются юридические лица, созданные по праву государств с различными правовыми системами, никого не удивить. Одновременный процесс усиления, как внешних связей, когда учредителем национального юридического лица выступает иностранная фирма, так и внутренних, автоматически означает неизбежный рост увеличения сложных схем соподчинения и взаимозависимости, а также ведет к естественному уплотнению и без того непростой структуры уже существующих экономических связей.


Кери Линде, интервью канадского адвоката по правам отцов

Тем не менее, в существующем правовом режиме даже различных государств на сегодняшний день возможна ситуация, когда сложности при заключении внешнеэкономических контрактов не возникают. Классическим примером заключения таких «легких» контрактов является ситуация, когда сторонами выступают юридические лица, созданные по законодательству государств одной правовой семьи, например, романо-германской: Россия, Германия и т.д.


emerson

Ситуация же, обратная приведенному простому примеру, однако заставляет юристов задуматься.  Так, в качестве нетипичной формы рассматриваются контракты двух фирм, одна из которых создана по праву государства романо-германской правовой семьи (Россия, Австрия, Германия и т.д.), в то время как ее контрагентом выступает юридическое лицо, созданное по праву государства с мусульманской правовой системой (классическим примером для этого будут юридические лица Ближнего Востока). В частности, не совсем однозначный механизм гражданской ответственности (невозможность начисления процентов, установления неустойки и др.) вынуждает юристов и топ-менеджеров западных компаний прибегать к другим решениям при проведении переговоров с инвесторами Ближнего Востока. Одним из таких решений является предоставление контрольного пакета акций в приобретаемом акционерном обществе, возможность участия в общем собрании, должность генерального директора и другие механизмы, позволяющие западным компаниям иметь влияние на ход реализации инвестиционного проекта.  

Другая ситуация складывается следующим образом: юридическое лицо, созданное по английскому праву, заключает договор кредитования с другим юридическим лицом, действующим по праву государства с романо-германской правовой системой. Поскольку в данном случае имеет место коллизионное регулирование, для снижения общих рисков и упрощения разрешения спорных ситуаций стороны прописывают в договоре арбитражную оговорку. Согласно данной арбитражной оговорке, все спорные ситуации разрешаются в соответствии с английским правом судами Англии или Уэльса, применимым правом является английское право, а сама арбитражная оговорка подлежит отдельному исполнению вне зависимости от остальных условий договора.

При, казалось бы, разрешенном вопросе о применимом праве, ситуация не столь однозначна и может создавать дополнительные сложности для обоих контрагентов.

Кредитор, потерявший интерес к получению денежных средств, может уступить право требования суммы основного долга и процентов другой компании, также созданной на основе права государства романо-германской правовой системы.

Если говорить применительно к российскому законодательству, то, если иное не указано в договоре об уступке права требования, к новому кредитору переходит весь объем прав и полномочий.

Первая проблема, которая возникает в данной ситуации – правовая неопределенность условия договора о независимом исполнении арбитражной оговорки. Если стороны не обговорили объем переданных прав и обязанностей, то получается, что арбитражная оговорка сохраняет свою силу. Следовательно, если заемщик не вернет сумму долга, новый кредитор должен обратиться в компетентный суд Англии или Уэльса. Российский суд признает себя некомпетентным в порядке статьи 150 АПК РФ и прекращает производство по делу. Для того, чтобы арбитражная оговорка была исполнима, необходимо и четкое указание в тексте соглашения, исходя из которого можно было бы сделать вывод о том, что волей сторон было рассмотрение споров именно судом Англии или Уэльса. Данное требование не сформулировано в законе, но сформировано на основе судебной практики по делам с участием иностранных юридических лиц (см. Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 08.02.2011 по делу N А33-13302/2010, Постановление ФАС Поволжского округа от 23.07.2013 по делу N А65-8606/2012).

Вторая проблема возникает, как только новый кредитор решает изменить условие о компетенции судов Англии и Уэльса путем направления должнику оферты, содержащей в себе предложение изменить компетенцию арбитражных судов Англии на компетенцию арбитражных судов РФ. На основании ч. 2 ст. 250 АПК РФ соглашение о компетенции должно быть заключено в письменной форме. Возникает вопрос, как в законодательстве разрешается ситуация о том, что в оферте указан срок, в течение которого должник может выразить несогласие с изменениями? Допустима ли ситуация, когда кредитор утверждает, что в случае, если от должника не поступит возражений, кредитор будет считать кредитный договор действующим на новых условиях?

В этом и заключается суть второй проблемы. До тех пор, пока условия договора о применимом праве и компетенции английских судов не изменены, договор регулируется английским правом, а, следовательно, ответ на вопрос применяется ли т.н. «молчаливый» акцепт может быть получен только путем изучения английского права.

Среди российских исследователей нет ученых-юристов, отдельно занимающихся английским контрактным правом по данному вопросу. После изучения дел, в котором действительность договора ставилась под сомнение из-за наличия «молчаливого» акцепта, замечается некая закономерность, что согласие на сделку, не выраженное направлением согласия или в иной письменной форме, имеет место только в строго определенной сфере – сфере торговли. Также необходимо отметить, что такое согласие контрагента, как правило, сопровождается конклюдентными действиями (оплата груза, его принятие, оформление товарных накладных и т.д.) и обусловлено деловой практикой партнеров, сложившейся между партнерами в результате многократного взаимодействия, например: Cole-McIntyre-NorfleetCo. v. Holloway214 S.W. 817 (1919).

Таким образом, можно сделать вывод, что разовое изменений условий кредитного договора не относится к многократным торговым отношениям, а, следовательно, в данной ситуации «молчаливый» акцепт невозможен.

Важным моментом при анализе положений о действительности изменения условий договора о компетенции является и анализ действительной воли сторон при заключении первоначального договора. Очевидным представляется тот факт, что, если в кредитном договоре любые уведомления и иные сообщения должны направляться в письменной форме, если стороны направляют перевод корреспонденции также в письменной форме, то можно с большей долей вероятности утверждать, что и любое последующее изменение, как оферта, так и акцепт должно быть оформлено в письменном виде. Данный вывод, конечно, не столь очевиден, но его можно сделать путем системного толкования текста соглашения.

Обобщая вышесказанное, можно сказать, что при заключении внешнеэкономических соглашений, сторонами которых являются юридические лица, созданные по праву государств с различными правовыми системами, для избегания спорных ситуаций необходимо обратить внимание на ряд юридических нюансов и тонкостей. Прежде всего, это определение применимого права и компетенции судов по разрешению споров. Это вопрос действительности первоначального соглашения, а также объем переданных прав и обязанностей в случае заключения договора уступки прав требования. При возникновении спорной ситуации в дальнейшем необходимо установить действительную волю сторон, а в случае с английским правом еще и определить возможность отнесения судебного прецедента к рассматриваемому спору.

rss